Укол на миллиарды. Кто зарабатывает на российских препаратах от диабета и ожирения

Продажи российских препаратов от диабета и ожирения выросли с 9,9 до 29 млрд рублей за годАндрей Красавин

Фото: Starmarpro / Shutterstock / Fotodom

После ухода иностранных препаратов российский рынок лекарств от диабета и ожирения начал стремительно расти. Продажи отечественных препаратов на основе семаглутида за год почти утроились, а производители получили многомиллиардную нишу. При этом лечение остается дорогим, а у пациентов возникают претензии к отдельным шприц-ручкам. Как устроен этот рынок — в материале «Ленты.ру».

Уход с российского рынка оригинального семаглутида и отсутствие официальных поставок препаратов на основе тирзепатида создали быстрорастущую нишу в терапии диабета и ожирения.

После сокращения присутствия «Оземика» и «Вегови» Novo Nordisk спрос начал перетекать к российским аналогам семаглутида

Появление отечественных препаратов на основе тирзепатида позволило компаниям занять и нишу, которая прежде практически не была представлена оригинальными препаратами на российском рынке.

Большой передел

Семаглутид и тирзепатид – действующие вещества препаратов, которые воздействуют на рецепторы GLP-1 и GIP. Изначально их применяли для лечения сахарного диабета второго типа, а затем препараты на их основе стали использоваться и для снижения веса при ожирении. Рост популярности таких лекарств сделал это направление одним из наиболее заметных сегментов российского фармацевтического рынка.

Одним из первых отечественный семаглутид вывел на рынок «Герофарм» — препарат «Семавик»

В портфеле компании есть и препарат на основе тирзепатида — «Седжаро». Выручка «Герофарма» в 2025 году составила 34,6 миллиарда рублей. «Промомед» расширил портфель препаратов для терапии диабета и ожирения. Компания выпускает «Квинсенту» и «Велгию» на основе семаглутида, а также «Тирзетту» на основе тирзепатида.

Фото: IM Imagery / Shutterstock / Fotodom

Общая выручка группы в 2025 году достигла 38 миллиардов рублей, EBITDA составила 41 процент от выручки.

Масштаб роста виден по аптечным продажам

Особенно быстро в России растут продажи препаратов на основе тирзепатида. По данным DSM Group, в 2025 году «Тирзетта» «Промомеда» принесла около 6,2 млрд рублей, а «Седжаро» «Герофарма» – еще около 2,7 млрд рублей. Совокупные продажи двух препаратов составили почти 9 млрд рублей.

Параллельно быстро рос рынок семаглутида: продажи препаратов на его основе в 2025 году достигли более 29 млрд рублей против 9,9 млрд рублей годом ранее.

Цена импортозамещения

Разработка нового биотехнологического препарата — один из самых капиталоемких процессов в фармацевтике. Международные компании могут тратить на создание лекарства 10–15 лет и от 1 млрд долларов до 2,5 миллиарда долларов. Патентная защита позволяет разработчикам компенсировать эти вложения и получать исключительное право на использование своих разработок.

Для производителей аналогов ситуация иная

Им не приходится повторять весь путь создания оригинального препарата: действующее вещество уже известно, его свойства изучены, а значительная часть научной базы сформирована разработчиком оригинального лекарства. Это сокращает затраты и сроки вывода продукта на рынок.

Фото: Gecko Studio / Shutterstock / Fotodom

Семаглутид и тирзепатид появились в российском сегменте в период, когда патенты на отдельные оригинальные разработки еще продолжали действовать. При этом отечественные компании получили возможность выпускать собственные препараты до окончания патентной защиты.

Одним из инструментов стала принудительная лицензия

Она позволяет использовать запатентованную разработку без согласия владельца патента при наличии предусмотренных законом оснований, но с выплатой правообладателю установленного вознаграждения.

В качестве оснований могут рассматриваться, в частности, необходимость обеспечить потребности российского здравоохранения и отсутствие или недостаточное использование патента на территории страны. Производитель получает возможность выпускать препарат, а правообладателю выплачивается установленное судом роялти. В российской судебной практике встречались ставки в размере 3 процентов от общей стоимости всех товаров, ввезенных на территорию России, рассчитанных по таможенной стоимости.

Иными словами, отечественным производителям не приходится тратить миллиарды долларов и годы на создание новых молекул, как это делают разработчики оригинальных препаратов. Но для пациента эта разница в затратах пока не означает доступного лечения: препараты остаются дорогими, хотя для части людей они необходимы по медицинским показаниям.

Фото: megaflopp / Shutterstock / Fotodom

Стоимость терапии

Быстрый рост рынка тирзепатида не отменил главной проблемы для пациента — высокой стоимости терапии. В зависимости от препарата, дозировки и схемы лечения ежемесячные расходы могут составлять от 5 до 16 тысяч рублей и более. В пересчете на год это 60–192 тысяч рублей.

Цены различаются даже внутри одного класса препаратов

На стоимость курса влияют дозировка, бренд, форма выпуска и аптечная наценка. Поэтому фактические расходы пациента зависят от назначенной схемы и выбранного препарата.

На конечную стоимость влияет и продвижение. В фармацевтическом бизнесе коммерческие расходы включают не только производство, но и борьбу за место на рынке. Для производителей важны аптечные сети: компании используют инструменты продвижения торговых марок и добиваются заметного размещения препаратов.

Отдельное направление — работа с врачебным сообществом

Продвижение среди специалистов помогает формировать спрос на определенные торговые марки и поддерживать продажи. В быстрорастущем сегменте лекарств от диабета и ожирения это особенно важно: чем больше пациентов и врачей выбирают конкретный препарат, тем сильнее позиции производителя.

Фото: Orawan Pattarawimonchai / Shutterstock / Fotodom

Таким образом, появление отечественных аналогов не означает автоматически более доступного лечения. Экономия на разработке может сочетаться с высокими затратами на продвижение, а конечная цена зависит от целого ряда факторов.

Сбой шприц-ручки

Для препаратов на основе тирзепатида есть еще одна особенность: пациент использует не только лекарство, но и устройство для его введения. В конструкцию шприц-ручки входят картридж с раствором, поршневой механизм, элементы дозирования и игла. Неисправность любого компонента может сделать введение препарата невозможным.

На профильных ресурсах и в сообществах пациентов встречаются жалобы на шприц-ручки препаратов «Промомеда». Пользователи описывают слишком тугое нажатие на кнопку, заклинивание механизма, отсутствие четкой фиксации дозы и остановку поршня во время инъекции. В отдельных отзывах говорится, что для введения препарата приходится прикладывать значительное усилие. Есть и отзывы о более серьезных ситуациях: пользователи сообщают о случаях, когда игла оставалась в животе во время инъекции, а также о повреждении стеклянного картриджа.

Фото: smishura / Shutterstock / Fotodom

Подобные отзывы нельзя автоматически считать доказательством массового производственного брака: они не позволяют установить ни масштаб проблемы, ни ее причины. Однако для инъекционного препарата такие сообщения требуют внимания — при сбое механизма пациент может не получить необходимую дозу или вообще не провести инъекцию.

Проблема имеет и финансовую сторону

В отличие от обычной упаковки таблеток, неисправность шприц-ручки может означать потерю части дорогостоящего курса. При стоимости препаратов в несколько тысяч рублей за упаковку пациенту приходится либо добиваться замены устройства, либо покупать новую упаковку за свой счет.

Если речь идет о предполагаемом производственном дефекте, покупатель может оформить претензию и обратиться к производителю. ГК «Промомед» сообщает, что рассматривает такие обращения: после проверки компания компенсирует стоимость препарата или направляет пациенту новую упаковку.

При этом большое количество подобных отзывов означает для производителя не только репутационные риски, но и дополнительные расходы на обработку обращений. Каждая претензия требует проверки обстоятельств, взаимодействия с пациентом и, в случае подтверждения, компенсации стоимости препарата или предоставления новой упаковки. При значительном числе обращений это превращается в отдельный операционный процесс, требующий дополнительных ресурсов компании.

Чужое сырье

Импортозамещение готовых лекарств не означает полной независимости от зарубежных поставщиков. Даже если препарат производится и фасуется в России, отдельные звенья цепочки могут оставаться за рубежом — от действующего вещества до компонентов системы доставки.

Фото: goffkein.pro / Shutterstock / Fotodom

Для рынка тирзепатида это особенно актуально. Российские фармкомпании в значительной степени закупают активные фармацевтические субстанции и высокомолекулярные интермедиаты у специализированных химических предприятий в Китае и Индии. При этом получение готовой лекарственной формы, разлив, фасовка и сборка устройств могут выполняться уже в России.

Такая модель характерна не только для российского рынка: фармацевтическая промышленность во всем мире использует международные цепочки поставок

Однако зависимость от зарубежного сырья делает производителей чувствительными к изменениям внешней торговли, логистики и валютных курсов. Задержки с транспортировкой или таможенным оформлением способны повлиять на сроки производства, а временные перебои с сырьем — на доступность препаратов в аптеках.

Остается и вопрос контроля качества. Импортная субстанция проходит входной контроль на российском производстве, однако стабильность ее характеристик зависит в том числе от надежности поставщика и системы проверки сырья. Для сложных биотехнологических препаратов это особенно важно: качество исходных компонентов влияет на весь последующий производственный процесс.

При этом сама по себе закупка субстанций в Китае или Индии не свидетельствует о низком качестве или небезопасности готового препарата. Ключевое значение имеют квалификация поставщика, требования к сырью и контроль качества на всех этапах производства.

Российские производители смогли быстро занять нишу, освободившуюся после ухода иностранных компаний, и превратили ее в многомиллиардный рынок

Но для пациента импортозамещение пока не означает автоматически более доступного лечения: месячный курс может стоить десятки тысяч рублей, часть сырья остается импортной, а к отдельным шприц-ручкам пользователи предъявляют претензии.

Теперь вопрос не только в том, кто занял освободившееся место, но и в том, что получает пациент за эти деньги – доступное лечение или препарат, к которому пока остаются вопросы.

Источник